Моя сегодняшняя собеседница – женщина с 37-летним стажем по юридической профессии, судья Пермского краевого суда в отставке Надежда Львовна Петрова. Этот год у Надежды Львовны юбилейный. Ей исполняется 95 лет. Несмотря на почтенный возраст, она не утратила глубину мысли, сохранила прекрасную память, по-прежнему проявляет присутствие духа, прямолинейность и твердость характера. «Вообще-то, биография у меня не богатая, - смущаясь, говорит Надежда Львовна. - Училась да работала».

Мы сидим в ее просторной, залитой солнечными лучами квартире, где все говорит о скромности, строгости и, в тоже время, душевности и открытости хозяйки. Неторопливо начинает она свой рассказ…

Родилась Надежда Петрова в семье служащих в Татарской республике в городе Чистополь 8 февраля 1926 года.Однако в паспорте датой ее рождения значится 8 сентября. Дело в том, что родители «протянули» с оформлением документов, не зарегистрировали новорожденную сразу, собрались только осенью. «Так и получилось, что судьба «омолодила» меня на 7 месяцев», - смеется Надежда Львовна.

На плечи юной девочки тяжелым бременем легла война. Наде было 15, когда немецкие захватчики вероломно вторглись на территорию нашей Родины. К тому времени девочка с родителями переехали в Казань. Практически с первых же дней войны Казань превратилась в большой тыловой центр. Поезда с эвакуированным заводским оборудованием и людьми, эшелоны с ранеными шли через Казань днем и ночью. Вместе с другими одноклассниками Надя бегала на вокзал, встречала поезда с ранеными, выносила их на носилках, помогала, как могла, медсестрам. Поступив в 44-м в Казанский юридический институт, уже вместе с однокурсниками ездила на лесозаготовки. Каждое лето до поздней осени работали они на колхозных полях, собирая нехитрый урожай.

- Война у всех оставила след. Ни одну семью не пощадила. Мамин брат, дядя Андрей, жил в Алуште, был секретарем партийной ячейки. Когда немцы вошли в город, его сразу и расстреляли. Точное место, до сих пор, не известно, – тяжело вздыхая, вспоминает Надежда Львовна.

По окончанию Казанского университета Петровой Надежде решением Государственной экзаменационной комиссии от 25 ноября 1948 года была присвоена квалификация юриста. И судьба забросила нашу героиню на Урал в город Чусовой.

- Мы ведь не искали работу, по распределению ехали туда, где мы нужнее всего. Так с диплом и направлением я попала на Урал. Стала работать в прокуратуре, которой я отдала 22 года. Сначала была стажером, потом помощником прокурора, а затем и в областной прокуратуре трудилась, - рассказывает она.

Будучи помощником прокурора по судебному надзору в Чусовом Надежде Львовне приходилось очень часто ездить в командировки по области. А ведь у нее к тому времени уже двое детей было - дочь и сын. Скрепя сердце вынуждена была отдавать их на шестидневку в детский сад и забирать только по воскресеньям. Однако работа всегда была на первом месте. Считала это своим долгом.

- Сейчас вспоминаются не трудности, которые были на пути, а все больше смешное… Дело было на станции Всесвятская в лагере для особо опасных преступников, которых после амнистии привезли туда из Воркуты, из Магадана. Мне надо было попасть к начальнику колонии, его кабинет был на территории лагеря. Начальник был занят. И не спросив ни у кого разрешения, я пошла в барак к заключенным. У меня ведь удостоверение прокурора было, меня и пропустили. Зашла в барак как к себе домой. Заключенные меня, конечно, обступили, спрашивали что-то, чепуху какую-то несли. Я в красном берете, как сейчас помню, молодая, глупая. Но охрана с автоматами изловила меня очень быстро и доставила к начальнику колонии. Тот, конечно, разнос учинил мне. На всю жизнь запомнила, - делится воспоминаниями наша героиня.

Колесила по области Надежда Львовна чаще всего вместе с судьей областного суда Анной Николаевной Катаевой. Однажды они вдвоем прибыли в лагерь политзаключенных на Створ. В период оттепели был приказ об освобождении политзаключенных по состоянию здоровья. От зари до зари, как говорится, изучали сотрудницы материалы и знакомились с личными делами осужденных. Никакого жилья вокруг не было, а в лагере оставаться было нельзя. Так молодым женщинам пришлось две недели жить в солдатской землянке, подпирая дверь для безопасности металлической кроватью.

- Суровые условия были, спартанские. Но мы не жаловались, не роптали. Хорошо жили.

В 1957 году товарища Петрову перевели в Пермскую областную прокуратуру в качестве прокурора отдела по надзору за рассмотрением в судах уголовных дел. И опять длительные командировки. Жили человек по шесть в одной комнате. Никто и не думал выражать недовольство, мыслей таких не было. Все делали свое дело, выполняли работу. В областной прокуратуре Надежда Львовна рассматривала хозяйственные, очень объемные дела. В Березниках, например, по словам собеседницы, были в процессе 3 месяца. Это было сложное, многотомное дело о хищениях государственного и общественного имущества. Обвинительную речь пришлось зачитывать два дня, никак не могла уложиться в один день. 

- Так целых два дня и говорила. Горло даже потом болело, - рассказывает Надежда Львовна. 

Казалось, что курьезам не будет конца. 

- Было столько неординарных ситуаций, что можно мемуары писать. Еще один случай помню. По делу об убийстве пришлось ехать в поселок Ныроб. Бездорожье. Как сейчас помню, дело было в апреле. До Соликамска добрались без проблем, стояли морозы. Неожиданно наступила оттепель, и мы не могли выехать в Ныроб. Выручили геологи, которые дали нам маленький вертолет. Так и летели все вместе, сидя коленка в коленку, я, адвокат, убийца и конвой. Очень мило долетели. Не стандартная, конечно, ситуация. В то время не думали о мелочах. Рады, что было место. С транспортом вообще сложно было. 

Надежда Львовна и не предполагала, что судьба приготовила ей еще один неожиданный, но судьбоносный поворот. Решением Пермского областного Совета депутатов трудящихся от 26 сентября 1973 года она была избрана членом Пермского областного суда. 

- Я никак не думала, что так сложно будет. Я ведь прокурором была по судебным вопросам, постоянно выступала в судах. И я считала, что я, собственно, ничего не меняю. А вот когда в суд пришла, поняла, как я заблуждалась. Только тогда я почувствовала каждой клеточкой, какая это сложная работа, требующая полной организованности и самоотдачи. В твоих руках судьба человека. Вот тут я не на шутку струхнула! О! Какая это ответственность! Появилась дополнительная требовательность к себе. Но, как говорится, не Боги горшки обжигают, - говорит Петрова. 

В областном суде нового судью встретили радушно. Судьи – настоящие профессионалы своего дела, с огромным опытом и высоким качеством рассмотрения дел, помогали новенькой: как изучать дела, на что в первую очередь обращать внимание, как принимать единственно правильное решение. 

- Коллектив был очень дружелюбный. Люди были душевные, открытые, чистые. И отношения – очень теплые. При всем при том, деловитый подход к делу сохранялся. И работать бок о бок с такими людьми легко и приятно. У нас была настоящая семья. Михаил Иосифович Понеделков, Юрий Михайлович Патраков, Павел Михайлович Загвозкин, Михаил Денисович Головин, Галина Владимировна Иванова, Анна Николаевна Катаева – вот моя семья. Шли на работу как домой. Всех помню. Всем благодарна», - с удовольствием вспоминает те годы Надежда Львовна. 

- Пусть время было бедное, но душевное тепло и взаимопомощь всегда были на первом месте. А сейчас люди отдаляются друг от друга, - сокрушается она. 

В областном суде Надежда Львовна Петрова работала в судебной коллегии по уголовным делам, рассматривала дела по 2-й инстанции. 

- Дел было много. Нагрузка очень большая. Если на кассационный день приходилось по 3 дела на судью, то это считалось передышкой. Рассматривала, в основном, дела об особо тяжких преступлениях. Иногда и выездные заседания случались. Народу собиралось много, не протолкнуться. Иногда находились в совещательной комнате по два-три дня. Писали приговор. Выходить было нельзя. Все было очень строго. И спали, и ели там. Писали чернилами. Потом появились шариковые авторучки, и это было такое облегчение. Сейчас молодым в это сложно поверить, - рассказывает о сложностях того времени ветеран судебной системы.

А ведь помимо интенсивной работы судья Петрова, впрочем, как и ее коллеги, выступала на предприятиях с лекциями на правовые темы, проводила агитационную работу во время выборов, находили время и в театр сходить. 

15 лет работы в областном суде, наполненных интенсивным трудом, изучением дел и материалов, принятием взвешенных решений, обсуждением проблемных вопросов с коллегами, пролетели как один миг. 18 ноября 1986 года Петрова Надежда Львовна ушла в отставку. 

Жизнь Надежды Львовны не назовешь легкой и безоблачной. Но удивляешься, сколько же тепла она сумела сохранить в своей душе, благодарности людям и судьбе, дружелюбия, света и чистоты. Оглядываясь назад, Надежда Львовна ни о чем не жалеет. И скорее всего, в точности повторила бы свой путь. 

- Я ведь долго живу. Меняются времена, вождей и генеральных секретарей сменяют президенты, уходят близкие, но понятия честности, справедливости и человечности остаются главными. Надо быть человечным, и всё! - считает наша собеседница. 

Находясь на заслуженном отдыхе, никакого застоя и однообразия в жизни у Надежды Львовны не наблюдается. Она поддерживает хорошую форму и живость ума. В этом ей помогают книги. 

- Чтение у меня в крови, я всю жизнь много читала и сохранила это пристрастие до сих пор. Это очень помогает. И современную литературу люблю, и за новинками слежу, - признается с горящими глазами 95-летняя женщина. 

Вот и сейчас на очереди у нее стоит стопка книг. Первоочередное к прочтению – это Николай Стариков «Сталин» и «Геополитика», Збигнев Бжезинский «Америка и глобальный кризис». Интересы Надежды Львовны широки и разнообразны: Мэри Стюарт, Евгений Примаков, Александр Дюма, Агата Кристи. 

Сейчас Надежда Львовна, как и многие жители Перми, с нетерпением ждет таяния снегов, весеннюю капель и теплые солнечные лучи. Чтобы, как заведено уже много лет, уехать в начале мая на дачу и жить на любимой Сылве до конца сентября. Природа не только радует глаз, но и лечит душу, придает энергию, как утверждают знающие люди. 

- Участок у нас небольшой, но цветов много. Розы наши – пышные, высокие – даже соседи прибегают смотреть, – с гордостью и наслаждением говорит Надежда Львовна. 

- Смотришь на Сылву, она широко раскинулась под нашими окнами, гладь реки блестит, сверкает на солнце, глаз жмурится от удовольствия. Красотища! - продолжает она. - Что еще надо? Сейчас вот правнук растет. Толстощекий такой бутуз! На меня, говорят, похож. Вот это и есть моя радость. Жизнь продолжается! 

Приятное послевкусие осталось от этих светлых воспоминаний, искреннего разговора, душевной беседы. Благодаря энергии и жизнелюбию Надежды Львовны Петровой ты сам становишься бодрым и заряженным на жизнь.